Musicbox - Современная музыка и культура
Контактные данныеICQ: 9344857
E-mail: muzykanassviazala@mail.ru
Телефон: +7 (915) 148-31-71
Катастрофа года
Беспомощность президента Обамы перед лицом аварии на скважине BP - самого крупного техногенного катаклизма в истории Америки - оказалась в тени вредительской деятельности провинившейся компании, которая чистит океан.

А ценой гибели рыб, дельфинов и пеликанов текст джефф гудел. На стене забегаловки starfish на острове Гранд-Айл в Луизиане красуется табличка "День 68". Местным не надо объяснять, что это значит: прошло 68 дней с момента аварии на скважине BP. 68 дней, в течение которых в воды Мексиканского залива выливается 30, 40, а то и 60 тысяч баррелей нефти в сутки.

Для побережья Луизианы авария на платформе Deepwater Horizon стала эквивалентом 11 сентября. Сырая нефть содержит сотни химических соединений, многие из которых в большой концентрации смертельно опасны. Вдобавок к этому компания BP влила в океан порядка семи миллионов литров химикатов, призванных разорвать затянувшую океан пленку и сделать ее менее заметной для телекамер.

Теперь местные жители с ужасом ожидают сезона ураганов. Телевизоры в домах и ресторанах без конца транслируют программы Weat her Channel. Здесь смогли пережить "Катрину", "Густава" и "Айка". Но теперь все иначе. "Если нас накроет ураганом, всему конец, - говорит официантка Жанин Брод. - Этот город превратится в кашу из токсичных отходов".

Отобедав в starfish, я сажусь за руль и начинаю объезжать Гранд-Айл - популярное у рыбаков место, где летом проходит фестиваль ловли тарпонов, собирающий тысячи человек со всей страны. Расположенные вдоль береговой линии домики стоят на 4,5-метровых сваях, чтобы их не подмывало приливом.

После аварии здешние дюны были усыпаны репортерами всех мыслимых телекомпаний. Они вылавливали из волн покрытые нефтью камни и пластиковые бутылки и демонстрировали своей аудитории как свидетельство разразившейся катастрофы. В самые тяжелые дни нефть затопляла пляж, оставляя на нем черные следы, похожие на гигантскую паутину. В воздухе стоял тошнотворный запах химикатов.

Пованивает здесь до сих пор, а пляж огорожен желтой лентой, словно место преступления. Рабочие грузят в огромный контейнер пластиковые емкости с собранной у берега нефтью. В полусотне метров от меня стоит белая палатка. Местные поговаривают, что в таких палатках BP расчленяет погибших от нефти кашалотов и дельфинов-афалин, а затем тайком закапывает останки в пустынных местах на побережье. Звучит дико, но чем черт не шутит? "Если убийца остается на месте преступления, его первым побуждением будет как можно быстрее спрятать труп", - убежденно говорит эколог Карл Сафина.

Подхожу к охраннику, поставленному на пляже, чтобы отгонять репортеров и зевак. На вид ему лет тридцать, он работает на компанию Talon Security, субподрядчика BP. Парень отказывается назвать свое имя, но поболтать не против. Выясняется, что он приехал из Калифорнии - на попечении у него жена и ребенок, и лишние деньги не помешают. Спрашиваю, сколько он здесь. "Двенадцать дней, - отвечает охранник. - Меня уже тошнит от этого. Не думал, что влипну в такую историю". - "Ну, вроде сейчас все выглядит не так уж и плохо". - "А ты воду потрогай".

Я окунаю руку в море. "Ну что, почувствовал?" - спрашивает мой собеседник. Кисть покрыта склизкой пленкой. "Нефть, - говорит парень. - Она здесь повсюду". Мы находимся в аварийно- координационном центре в Хуме, штат Луизиана. До аварии симпатичный особнячок с нарисованными на стенах пеликанами использовался как учебный центр BP, но теперь представители нефтяной компании, а также Служба береговой охраны и прочие госслужбы руководят отсюда спасательной операцией.

Здесь трудится около тысячи человек, которые мирно обедают в кафетерии, мониторят разлив и отслеживают движение самолетов и кораблей, задействованных на сборе нефти. "Это похоже на центр управления "Аполлоном-13", - говорит Майк Зиккарди, эколог из Калифорнии, который сейчас работает над спасением морских черепах и млекопитающих. Ежедневно в центре составляют отчет о ходе операции - сухая цифирь на одном листке бумаги.

Так, на 65-й день аварии для устранении разлива было использовано 94 самолета, 6210 кораблей, более 35000 человек и 800 километров заграждений. "Мы боремся с нефтью на всех фронтах, - заявляет замкомандующего центром Джеймс Блэк. - И в открытом море, и на пляжах. Работаем на полную мощность". Единенное, о чем скромно умалчивается в отчете, - это невероятный, чудовищный масштаб катастрофы. Каждые четыре дня из скважины вытекает количество нефти, эквивалентное разливу танкера "Эксон Вальдес" в 1989 году - до сих пор эта авария считалась самой тяжелой по экологическим последствиям.

От разлива уже пострадала треть пригодных для рыболовства вод залива, 200000 квадратных километров. А если вытекшую из скважины нефть разлить в бутыли объемом по 3,5 литра каждая, их можно будет выстроить вдоль береговой линии залива в девятнадцать рядов. Теплые воды Мексиканского залива - одна из самых богатых экосистем планеты. Здесь обитает 1200 видов рыб, пять видов черепах, афалины и миллионы перелетных птиц. Вдобавок авария разразилась весной, когда размножаются кашалоты, мечет икру голубой тунец и вылупляются птенцы пеликанов.

За первые три месяца разлива погибло 1978 рыб, 463 черепахи и 59 морских млекопитающих - и это только официальная статистика. "Получить полную картину бедствия невозможно, - говорит Даг Никли, старший специалист Национальной федерации дикой природы. - Невозможно посчитать всех погибших птиц. Здесь вообще многое не поддается статистике. Ну кто, скажите мне, будет вести учет погибших глубоководных кальмаров, которые жизненно важны для кашалотов? А кто оценит, какой ущерб разлив нефти нанес планктону? А ведь планктон - основа пищевой цепи всей экосистемы залива".

Достаточно пролететь всего несколько километров в глубь континента от устья Миссисипи, и станет понятно, сколько вреда природе нанесли за последние семьдесят пять лет местные нефтяные и газодобывающие предприятия. Заболоченные территории изрезаны каналами и трубопроводами, которые уничтожают естественные барьеры и делают этот регион особенно уязвимым в сезон штормов.

Каждые тридцать восемь минут участок земли размером с футбольное поле уходит под воду под весом энергодобывающего оборудования. Кто-то подсчитал, что начиная с 1930-х годов Луизиана потеряла 6000 квадратных километров территории. Однако все это не идет ни в какое сравнение с последствиями аварии на скважине BP. С высоты птичьего полета хорошо видно, что нефтяные пятна вплотную подходят к побережью, растягиваясь вдоль бухт и узких заливов.

То здесь, то там можно заметить небольшие лодки, с высоты похожие на застрявших в липкой луже насекомых. Они растягивают вдоль маслянистых пятен нефтесборные приспособления, однако с воздуха видна вся тщетность этой операции. До аварии BP заявляла, что ее аппаратура способна устранять 500000 баррелей в день - этого хватило бы для того, чтобы оперативно справиться с последствиями даже такой серьезной утечки. Но, как и все прочие заявления BP, это утверждение оказалось ложью.

К началу июля компания собрала лишь 67000 баррелей - примерно столько вытекает из скважины ежедневно. "Оборудование, которое использует BP, выглядит очень впечатляюще, - говорит Рик Стайнер, ученый-маринолог, один из ключевых участников ликвидации аварии на "Эксон Вальдес". - Но проблема в том, что оно не слишком хорошо работает. Все это похоже на театр".

В Плане ответственности BP, который был разработан в соответствии с Законом о нефтяных загрязнениях 1990 года, авария такого масштаба не предусматривалась в принципе, а в целом этот 582-страничный текст состоит из шаблонных инструкций и бюрократических оборотов. За годы, минувшие после аварии на "Эксон Вальдес", нефтяная индустрия инвестировала миллиарды в разработку новых методов добычи, однако технологии борьбы с разливами практически не изменились.

"Инструменты, которыми мы располагаем сегодня, не слишком отличаются от тех, которыми мы пользовались двадцать лет назад", - говорит Тэд Аллеи, адмирал Береговой охраны в отставке, который руководил операцией в 1989 году. Есть всего три варианта борьбы с разливами: собрать нефть с поверхности воды, поджечь ее или растворить химреагентами. "И все они несовершенны", - признает Аллин. Самый безопасный метод - сбор нефти.

Он же - самый сложный и дорогой. Для него требуется спецоборудование, а результат напрямую зависит от погодных условий. Чтобы ликвидировать с помощью нефтесборников аварию BP, пришлось бы пригнать в залив целую флотилию. Огонь уничтожает разлив гораздо быстрее, но продукты горения отравляют воздух и оседают на морском дне. К тому же этот метод требует безветренной погоды, иначе он опасен для людей. Диспергенты - вещества, применяемые для растворения нефти, - сродни моющим средствам, которыми вы ежедневно пользуетесь у себя па кухне.

Они расщепляют нефть, а затем смывают ее с поверхности океана на глубину. Многие используемые сегодня диспергенты производятся из побочных продуктов нефтепереработки, как и средство, которое использует BP, - оно было разработано компанией Exxon в семидесятых годах и продается под торговой маркой "корексит". Диспергенты распыляются с воздуха или с кораблей и нередко используются при ликвидации небольших разливов, когда требуется уберечь от нефти береговую зону.

Проблема в том, что эти вещества токсичны. Тот же корексит содержит 2-буток-сиэтанол, вызывающий внутреннее кровотечение и крайне вредный для почек. Уже через день после взрыва на платформе Deepwater Horizon BP распылила в океане семь тысяч литров корексита, а в течение следующей недели в ход пошли еще десятки тысяч. У федеральных органов охраны здоровья это вопросов не вызвало, поскольку использование диспергентов изначально значилось в плане BP.



Без очереди купить генеральную доверенность можно только на этом ресурсе.